13 ноября 1934 г.

…13 ноября 1934 г. Геринг в речи, произнесенной в академии германского права, выразил аналогичную точку зрения о положении Гитлера:

«Господа, для германской нации этот вопрос был разрешен словами того, кто в этот час является нашим судьей, словами фюрера, заявившего, что в этот час крайней опасности он один, фюрер, избранный народом, является высшим и единственным судьей для германской нации».

Подсудимый Шлегельбергер 10 марта 1936 г. заявил:

«Следует, однако, подчеркнуть, что в сфере права также фюрер и именно он один устанавливает темп развития».

Об этом же сказал имперский министр юстиции Тирак 5 января 1943 г.:

«За эти 10 лет, что фюрер ведет немецкий народ, у нас также возникло убеждение, что фюрер является главным и верховным судьей для германского народа».

17 февраля 1943 г. подсудимый Ротенбергер в следующих выражениях суммировал свое мировоззрение в области права:

«Судья в принципе связан законом. Законы являются приказами фюрера».

Как мы увидим, приводимые выше высказывания ведущих деятелей в области нацистской юриспруденции не были голыми теориями. Гитлер на деле осуществлял взятое на себя право действовать в качестве верховного судьи, и в этом качестве он неоднократно контролировал решения по конкретным уголовным делам.

Доказательства свидетельствуют о том, что Гитлер и его приспешники, занимавшие высшие посты, отнюдь не удовлетворялись изданием общих директив для руководства судопроизводством. Они упорно настаивали на праве вмешиваться в приговоры по конкретным уголовным делам. Обсуждая право отказа в утверждении приговора, Мартин Борман как глава партийной канцелярии писал доктору Ламмерсу, главе имперской канцелярии, нижеследующее.

This entry was posted in Исторические новости. Bookmark the permalink.

Comments are closed.