Но оба предпочитали

Но оба предпочитали, чтобы погибло белое движение, лишь бы не предстать в неблагоприятном свете перед будущей историей. Как будто эта история не шла за ними по пятам, отмечая их благодушное бездействие как очередную и тяжкую ошибку! Конечно, была разница в положении Сазонова и Милюкова по отношению к белому движению. Сазонов тогда был министром Колчака и Деникина, а Милюков — в привычной для него оппозиции. Ответственность Сазонова была больше, но их подход к событиям исключительно с точки зрения нежелания оказаться запятнанными личным участием в расчленении России был абсолютно одинаков. Не замечая этого, Сазонов и Милюков играли роль Пилата в белом движении.

Для меня совершенно ясно, что иной подход к национальному вопросу изменил бы исход борьбы с большевиками. Отмечу здесь, что уже тогда Милюков учитывал возможность катастрофы вооруженной борьбы и даже до известной степени «предвкушал» ее, говоря, что естественное недовольство большевиками будет направлено, за отсутствием внешнего врага, против советских диктаторов и тогда их банкротство будто бы неминуемо. Жизнь не оправдала этих чаяний, но такие идеи несомненно ослабляли фронт борьбы с большевиками на русской территории.

Не могу не прибавить, что в личном общении Милюков производил неизмеримо более приятное впечатление, чем с парламентской трибуны или в своем министерском кабинете. Он непрестанно проявлял интерес к происходящим событиям и внимательно следил за литературой по всем текущим политическим вопросам. Из разговора с ним, во всяком случае, можно было почерпнуть массу интереснейших фактов. К сожалению, эрудиция не мешала Милюкову делать неправильные выводы касательно будущего хода событий. Несомненно, он был самым добросовестным русским политиком в изучении фактов и соответствующей литературы, но политического чутья у него не было, и, впервые увидев Милюкова в простой частной обстановке, я почувствовал это с особой силой.

This entry was posted in Исторические новости. Bookmark the permalink.

Comments are closed.