Власть

Но были на VII войсковом круге делегаты революционной части казачества, главным образом сунженских станиц, твердо отстаивавшие решения Пятигорского народного съезда. Это они требовали, чтобы съезд отказался назвать себя войсковым кругом и тем самым порвал с прошлым и отбросил всякие попытки возврата на путь обособленности казачества. А когда Корочанский огласил свою резолюцию, полностью отвергающую все, что было достигнуто на Моздокском и Пятигорском народных съездах, некоторые возмущенные делегаты освистали его.

«Власть, образованная Пятигорским народным съездом, должна быть признана непоколебимо»,— потребовал представитель военно-революционного совета Сунженского отдела Кальянкин. «Власть перешла в руки народа, в настоящее время осуществляется Советами, и казаки будут их поддерживать» — заявил делегат Федоров. Отвечая Корочанскому, призывавшему не уступать никому казачьей земли, делегат Дьяконенко сказал: «Если делать, как предлагает Корочанский, то мы будем есть, а другие голодать. Раз мы признали власть Терского Народного Совета, то должны и создавать все согласно с ним. Двум богам нельзя молиться. Мы должны признать власть Совета Народных Комиссаров».

А вот что заявил делегат Данилов, по-видимому, тот самый сотник Данилов, который на Пятигорском народном съезде первый заклеймил VI войсковой круг и предложил объявить его деятельность незаконной и вредной: «Здесь говорили о самоопределении казачества. Как его понять? Как отделение. Вот казаки Сунженской линии поняли, что туземцы в земельном отношении обижены, и эту несправедливость надо исправить… Казачья программа имеет один пункт, в котором сказано, что ни одной пяди казачьей земли не должно быть отчуждено. Поторопились делать такое заявление от имени казаков, поторопились те, кто вел казачество по пути изолированности и завел в тупик… Надо стать на тот путь, на который стали Моздокский и Пятигорский съезды, и идти по этому единственно правильному пути».

This entry was posted in Исторические новости. Bookmark the permalink.

Comments are closed.